Система доказательства бытия Бога Фомы Аквинского.


Фома Аквинский. Тринитарий — Бог отец, сын, дух. Унитарий — Бог есть одно единое. Пытался убрать противоречия, рационализировать. Фома Аквинский попытался уйти от лозунгов: «верую, ибо нелепо», «верить, чтобы понимать», Ансельм Кентеpбеpийский: «понимать, чтобы верить». Эти три позиции — крайности. Человеческая душа не может существовать в некоем месте. Душа есть форма человеческого тела. В материи идеальное присутствует только в виде потенции. Человек — это венец творений Бога. Этот мир дан ему в подчинение.
Пять доказательств существования бога. (Из факта мысли нельзя выводить бытие. Доказательства могут быть только косвенными.) Доказательство через источник движения. Все, что движется должно иметь источник. У двигателя свой двигатель — существует пеpводвигатель (уход от дурной бесконечности). Цепь причин не является бесконечной, так как существует первопричина — бог. Из сущности действующей причины. В мире имеется ряд действующих причин. Но невозможно, чтобы нечто было действующей причиной самого себя, потому что тогда оно должно бы быть раньше себя, а это нелепо. В таком случае необходимо признать первую действующую причину, которой и является бог. Из взаимоотношения случайного и необходимого. При изучении цепи этой взаимосвязи также нельзя идти до бесконечности. Случайное зависит от необходимого, которое имеет свою необходимость либо от иного необходимого, либо в самом себе. В конце концов выясняется, что существует первая необходимость — бог. По степени совершенства. Человек — венец бога, все остальное ниже. Существуют степени совершенства, одухотворенности — должна существовать абсолютная совершенность — это бог. Hа основе целесообразности. Миp устроен целесообразно, случайно такие конструкции не создаются. Существует идеальный план и творец, который имел целью сотворить мир, и сотворил его. Зло не имеет абсолютного статуса существования. Зло есть недостаток добра.
Эти доказательства близки к рассуждениям Аристотеля. Рассуждая о сущности бога, Аквинский выбирает средний путь между представлением о личном боге и неоплатоновским его пониманием, где бог полностью непознаваем. Все может быть понято лишь как частица бесконечного совершенного существа — бога.